Русский

“Армяне с большинства трупов сняли скальпы…”

27.02.2013 | 12:48

1361954285_xxesrСурхай  Гусейнов:  “Армяне убили моего старшего брата вместе с 12 членами семьи”

 

                    В какой отрасли вы трудились, когда начались  ходжалинские события?

 

      – Я по специальности ветеринар.  Долгое время работал ветеринаром в совхозе.  В 1991 году, после придания Ходжалы статуса района, был назначен директором районного Государственного страхового агентства.  В ту пору в Ходжалы положение было очень тяжелым.  Не было хлеба, газа, света.  Будто Ходжалы было царством мертвых.  Жители близлежащих деревень покинули свои жилища, мы знали, что очередь за Ходжалы.  Мы ходили на работу вооруженными.  Я был членом батальона самообороны.  Сын Натиг оставил учебу в Физкультурном институте  и записался в члены нашего батальона.

     Ходжалы располагался на такой позиции, что приезжающие в районы Нагорного Карабаха проезжали через этот ра     йон.  Поэтому мы знали, что Ходжалы превратят в ужасное состояние.  Из Баку часто приходили сообщения, что будет оказана помощь.  мы все время смотрели в сторону Боздага, ждали помощи, так и не дождались.

     Вечером 25 февраля 1992 года мой сын был на посту.  Я был дома.  К вечеру, к 11 часам танками и другой тяжелой техникой стали окружать Ходжалы.  Мы знали, что это бронетехника 366-го полка.  Они и раньше ездили в деревне.  Армянки спаивали их, брали их автоматы и стреляли в нашу сторону.  Для захвата Карабаха и близлежащих районов они были готовы на все.

     Услышав звуки перестрелки, все побежали за своими детьми, дежурившими на постах.  Я тоже побежал за Натигом, его там не оказалось, сказали, что они пошли вперед.  Вражеская армия со всех сторон окружила Ходжалы.  Танки разрушали все дома на своем пути.  Когда мой сын сказал, что случился пожар в нашем доме, я обрадовался, пусть горит, чем достанется армянам.

                 – Как в ту ночь вы покинули Ходжалы?

 

    – Мы подождали до половины второго ночи.  Увидев, что положение ухудшается, мы, 600 жителей Ходжалы прошли к горе Кядик.  Этой дорогой мы хотели выйти к деревне Абдалгюлаблы.  Когда мы поднялись на вершину горы, было уже темно, ничего не было видно.  25 вооруженных людей шли впереди.  В это время началась перестрелка с армянами.  Рядом со мной был турок-месхетинец Абдулла.  Армяне застрелили его и еще троих.  В то же время я и несколько человек получили ранения.  Население увидев перестрелку побежал назад.  Потом выяснилось, что многие из них попали в руки армян заложниками.

    Наши пули заканчивались, у каждого из нас осталось несколько штук.  Посоветовавшись между собой и решили, чтобы не попасть в плен, стрелять друг в друга.  Никто этого сделать не смог.  Мы помогли раненным, спустили их в овраг, а сами остались на вершине горы.  Армяне почувствовали, что у нас иссяк запас боеприпасов.  У них была собака.  Она находила нас, лаяла, а армяне стреляли в эту сторону. Мы были в безвыходном положении.  Пришлось прыгнуть со скалы.  Было много снега, поэтому мы не стукнулись об камень.  Оказывается, наш путь был по краю скалы.  Армяне начали стрелять в нас.  Мы медленно передвигались по краю скалы.  В это время впереди кто-то начал нас звать и сказал, что это Абдалгюлаблы, идите к нам.  Мы подумали, что армяне на азербайджанском зовут нас, побежали назад в сторону армян.  Потом они произнесли “Ла Илляха Илляллах, это Абдалгюлаблы, идите сюда”.  Армяне это слово выговорить не могут.  Поэтому мы поверили им и медленно пошли в их сторону.  Жители села пришли к нам на помощь.  Здесь я заболел сахарным диабетом.  Мой сын остался в лесу, а я вернулся в Абдалгюлаблы.  Я упал, мне показалось, что ударил инфаркт.

              – Вы сказали, что были ранены…

 

     – Я получил ранение в грудную клетку, но он меня не беспокоил.  Думал, что пуля отскочила от меня.  Но оказывается пуля была в моем теле, она до сих пор там.  Рентген выявил, что пуля вплотную лежит рядом с легкими.  Он мне не мешает.  Доктора советуют его не удалять, так как в составе пули есть медь, а у меня диабет.  Опасаюсь операции.  Дай бог, вернусь в Ходжалы, первую операцию сделают там.

            – Когда вышли из окружения Ваш сын и другие жители Ходжалы?

 

     – Супруга просила у меня труп Намига.  Вечером между 19.00 – 22.00 часами прибыла группа людей.  Сын тоже был среди них.  Это не геройство.  Его сохранил Всевышний.  Наше население – люди смелые, ребята не раз провели удачные операции.  Просто у нас не было таких боеприпасов чтобы мы могли выступить против военной техники.  К тому же мы не воевали лицом к лицу с армянами, мы воевали с русскими.

          – Трупы жителей Ходжалы привозили в Агдам.  Какие признаки пыток вы на них увидели?

 

    – Когда привозили трупы, каждый из нас искал своих родных.  Это трагедия, если кто-нибудь находил труп родного человека, радовался этому.  Трупы,  привезенные сразу были в нормальном состоянии, а те, которые остались некоторое время на земле, над ними армяне надругались.  Они бывали в страшном виде.  У многих трупов были сняты скальпы.  Это самый тяжелый вид жестокости.  Одного человека втолкали в автомобильное колесо и подожгли, остались лишь кости.  Убили жену этого человека.  У большинства женщин отрезали груди.  Некоторые трупы были разрисованы крестами.  Там были и иностранные журналисты.  Увидев трупы, они плакали больше, чем мы.

     Армяне убили моего старшего брата вместе с 12 членами семьи.  Племянник был взят в заложники.  Он недавно женился.  Его жена была смертельно ранена.  Он ждал ее кончины.  У нее была долгая предсмертная агония.  Там армяне его схватили.  Клещами удалили его ногти.  Он был гитаристом.  Подожгли руки на  печке, чтобы больше не мог играть на гитаре.  Взамен племянника армяне попросили выкуп 60 000 рублей,  20 коробок сигарет и бензин.  Брат сказал, что если даже сына убьют, бензина не дам.  Мы отдали деньги и сигареты, забрали назад племянника.

Фуад  Гусейнзаде

 

KarabakhİNFO.com

27.02.2013 12:48

Написать комментарий:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*