Русский

Является ли грабар древнеармянским языком

29.12.2012 | 05:58

1356786162_kopiya-km..mjjКак известно, этноним «армянин» не является самоназванием армян. Они называют себя «hай». Мусульмане чаше всего этим именем называли всех христиан – монофизитов, не обращая внимание на их этническую принадлежность, в том числе hайов, албан, удинов, татов – монофизитов, айсоров и древних сирийцев (арамейцев). Например, средневековые арабские авторы нарекли одного из албанских феодалов Сахл ибн Смбата (Vlll в), внук которого впоследствии написал грамматику родного албанского (арранского) языка, «армянином» из-за его вероисповедания, параллельно называя его арранцем, т. е. албаном, принимая во внимание его этническую принадлежность. А впервые название «армянин» (arman) начали употреблять древние ассирийцы, так они называли арамейцев. Ассирийское и персидское название страны арамейцев было «Аrmana». Древние греки, приняв это название от персов, превратили его на свой лад в «Армению». А семиты – арамейцы, как известно к армянам – hайам никакого отношения не имели. После массового переселения hайов в эту страну, названием «армянин» начали именовать и их. Сегодня именно их называют этим именем соседи, а они себя именуют, как и много веков назад, «hай»ами . И страна, которую мы сегодня знаем под именем «Армянская Республика» к исторической Армении никакого отношения не имеет, сами же армяне (hайи) называют его на своем языке не Арменией а «Hayastan» (страна hайов).

Доказательством вышесказанному служит и тот факт, что в Российском императорском Указе от 11 марта 1836 г. имеется такое выражение как «Патриарх армяно-григорянской церкви и каталикос всего гайканского (hайского – Б. Т.) народа», где явно подчеркивается этническая принадлежность народа, который сегодня известен как «армяне» (hай) и название его веры (армяно-григорянство). До недавнего времени в Азербайджане армянами называли и удинов, не подозревая, что удины в этническом плане не имеют с армянами, т. е. hайами ничего общего. А дагестанцы – мусульмане и поныне называют своих сородичей удин армянами из-за их вероисповедания . То же самое случилось и с татами-христианами Шемахинского уезда, которых царские чиновники во время переписи населения тоже приравняли армянам.

И так, название «армянин», пройдя эволюцию по схеме: арамеец → монофизит (григорян) → армянин (hай), в конце концов, приобрел нынешний смысл. И сегодня мало кому известно, что те, кого мы называем армянами, являются конгломератом разношерстных племен, что доказывает и многообразие «армян» в этническом и антропологическом плане

Все народы – соучастники формирования «армянского этноса» внесли более или менее равный вклад не только в генофонд народа, но и сыграли существенную роль в формировании и развитии армянского языка. Наступил такой исторический момент, когда потомок говорил на древнеармянском, а его отец, дед и прадед были двуязычными, а предок отцов и дедов был еще чистым хурритом, урартом или лувийцем.

Традиционно Армению принято считать моноэтнической страной. Однако, несмотря на абсолютное численное преобладание армян (hайцев), в этой стране проживают многие самобытные национальные меньшинства. Один из них принадлежит в языковом и культурном отношении к семитам (айсоры, евреи), другие – к индоевропейцам (греки, русские, украинцы, курды, езиды). Кроме национальных меньшинств, в Армении имеются также две уникальнейшие этнографические группы – это армянские цыгане (боша) и таты-армяне.

Весьма интересной этнографической группой являются «армяне-таты» – представители одного из так называемых прикаспийских иранских народов. Термин тат имеет тюркское происхождение. Первоначально этноним тат было социально-уничижительным обозначением для всех персоязычных групп (кроме талышей) на территории Азербайджана и имел значение “не знающий тюркских наречий, не тюрок”. Их по вероисповеданию принято разделять на три группы: 1) таты-иудеи, 2) таты-мусульмане, 3) таты-монофизиты (последователи григорянской церкви). Последние до карабахских событий проживали в двух деревнях Азербайджана – Мадраса и Кильвар и являлись прямыми потомками Михранидов, т.е. княжеской династии, правящей в Кавказской Албании.

Таты-григоряне, или, как их сегодня принято считать, «армяне-таты» ныне в основном монолингвы, хотя старшее поколение до сих пор внутри общины пользуется языком, который они сами называют парсерен, т.е. персидский. Эта этнографическая группа, имеющая иранские корни, приняв христианство григорянского толка, потеряла все свои этнические атрибуты, частично сохранив лишь реликтовый язык своих предков. Тем самым у «армян-татов» – сегодня уже армянское самосознание, личные имена, бытовые традиции и т. п. Хотя, формирование этой группы произошло на албанской этнополитической основе, сегодня стало ясно, что они являются ассимилированными татами-албанами, которые в силу исторических обстоятельств потеряли свой родной язык, но отчасти сохранили татское самосознание, албанские культурные элементы.

Предками этой группы, как уже было отмечено, являются Михраниды родственники Сасанидов, которые в Vl в. бежали из Персии и переселились в Кавказскую Албанию, где приняли христианство и алфавит Маштоца. Начали интенсивно переводить церковную литературу с албанского (гаргаро-кипчакского) языка на татский, создав этим татоязычную албанскую литературу, наравне с тюркоязычной. Именно эту литературу армяне (hайи) выдают за древнеармянскую. А язык этого письменного наследия, т. н. грабар, за древнеармянский литературный язык.

По мнению арменистов грабар, или «классический армянский язык» наиболее древняя из сохранившихся в письменных источниках «форма армянского языка», первые памятники которого, будто, относятся к V в. н. э. В википедии в частности говорится, что «грабар использовался (наряду с среднеармянским языком), в качестве литературного языка вплоть до начала XIX в. когда Хачатур Абовян впервые написал литературное произведение на современном ему разговорном языке, названном ашхарабар (буквально «мирской»). Ещё в начале XX века грабар преподавался в школах, что являлось хорошим объединяющим фактором при условии огромного количества сильно отличающихся друг от друга диалектов армянского языка».

Что подразумевается под «сильно отличающихся друг от друга диалектов армянского языка» мы рассмотрим в другой статье. Но уже тот факт, что грабар употреблялся «в качестве литературного языка вплоть до начала XIX в.» и, что «в начале XX века грабар преподавался в школах» красноречиво доказывает, что грабар, и «среднеармянский язык », а также ашхрабар – это два, а может быть и три отдельных языка. А тот факт, что грабар пережил среднеармянский, и только лишь после насильственной «ашхрабаризации» и вытеснения грабара в советское время, перестал существовавать как язык литературы, и этот язык в отличии от татов-монофизитов армянам совсем не понятен. О чем говорят и сами армяне. Например, Х.Абовян писал: «Мне не известен ни один современный язык, который настолько бы отличался от древнего, насколько отличается новый армянский язык от древнего армянского языка… ни один язык не был для меня настолько трудным (речь идѐт о грабаре)». Автор этих слов свободно владел шестью языками. Затем он так объяснил причины, создающие подобные трудности: «…все понятия, структура слов, даже отдельные слова не соответствуют современному способу выражения и толкованию».

Впервые о том, что грабар является татским (среднеперсидским) и не имеет ничего общего с армянским языком, кроме четырехсот слов среднеперсидского и тюркского происхождения, мы узнали от известного азербайджанского филолога, ныне покойного М. Сеидова, который закончил Филологический факультет Ереванского Университета, где на равнее с армянским языком изучал и грабар. Однако, В то далекое время (1987 г.) его слова показались нам мало убедительными. А то, что он был прав нам стало известно после прочтения статьи Зарифы Мирзояна, опубликованной на страницах туркменской газеты «Коммунист». Зарифа Мирзоян, татка (армяно-татка) по национальности, покинувшая переделы Азербайджана в самом начале армяно-азербайджанского конфликта в частности писала следующее:

«До 1937–го года в школах мы наряду с азербайджанским, который в то время назывался тюркским, и русским, изучали и родной татский язык. Именно этот язык принято в Армении считать «древнеармянским». Однако, после 1937-го года преподавание на азербайджанском и татском языках было прекращено, и вместо этих языков, которыми все мы прекрасно владели и говорили повседневно, было введено чуждый нам в то время армянский».

Да, именно таты писали и творили на «грабаре». Именно они являются создателями богатейшей церковно-религиозной литературы на т. н. «древнеармянском языке». А что касается армян, армянский писатель В.Папазьян в начале ХХ века, предоставляя сведения о развитии армян, верно отметил: «Армянский народ был совершенно невежественным, неграмотным, диким и прежде всего несознательным. Люди в основном занимались грабежами и разбоем…они подобно северным дикарям жили охотой». То же самое несколько веков назад отмечал и Моисей Хоренаци:

«Не хочу оставить без упоминания и порицания нелюбознательный нрав древних наших предков, но здесь же, в начале нашего предприятия, произнесу по их поводу слова осуждения. Ибо, если поистине достойны восхваления те из царей, которые письменно, в историях, закрепили ход событий своего времени и увековечили все мудрые и доблестные деяния в сказах и историях, а вслед за ними удостоились нашей похвалы также те, кто тяжко трудился в архивах над созданием книг, благодаря чему мы, читая их сочинения, обретаем знание мирских законов и гражданских порядков, когда особенно вчитываемся в мудрые речи и истории халдеев и ассирийцев, египтян и эллинов, и при этом кажется и завидуем мудрости мужей, кои взялись за такой труд,— то, конечно, всем нам известно невежество «аших царей и прочих предков в науках и незрелость их разума. Ибо хотя мы и небольшая грядка, и числом очень ограничены, и обделены могуществом, и многократно бывали покорены другими государствами, но ведь и в нашей стране свершено много подвигов мужества, достойных быть письменно увековеченными, которые, однако, никто из них не позаботился записать в книги. Итак, если они не подумали даже о собственной пользе и не оставили миру памяти о самих себе, то есть ли нам смысл обвинять их и предъявлять им еще большие требования — (почему они не сделали этого) и в отношении прошлого?

Но могут сказать: (это произошло) из-за отсутствия в то время письма и литературы, либо же из-за разнообразных войн, следовавших вплотную одна за другой. Но это мнение несостоятельно, ибо были же промежутки между войнами, как и персидское и греческое письмо, на котором написаны хранящиеся у нас по сей день многочисленные книги, содержащие сведения о собственности в деревнях и областях как и в каждом доме, об общинных тяжбах и сделках, особенно же — о наследовании исконных состояний. И представляется мне, что как у нынешних, так и у древних армян не было влечения к наукам и к сбору мудрых песен. Поэтому излишне продолжать наши речи о людях неразумных, глупых и диких».

 

Бахтияр Тунджай

29.12.2012 05:58

Написать комментарий:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*