Русский

Hе в ущерб целостности

17.12.2013 | 10:15

1387280034_61b65e0d1765537d08301e70e8bcbd32565В Вильнюсе завершился саммит “Восточного партнерства”, расставивший точки над “i” в вопросе о том, насколько искренна каждая из шести постсоветских стран, которые добровольно стали участни­ками этой программы. Каковы перспективы евроинтеграции Азербайджана? Насколько неразреши­мым является конфликт принципа территориальной целостности и права наций на самоопределение в случае с Нагорным Карабахом? На эти вопросы ответил в беседе с R+ Наталино РОНЦИТТИ, почет­ный профессор международного права римского Университета Луисс-Гвидо Карли. 

– У стран Южного Кавказа довольно различный курс внешней политики. Какие преимущест­ва может дать внешняя политика, ориентированная на Запад?

– Холодная война закончилась в конце 1980-х годов. Вопрос выбора между двумя идеологиями уже не стоит. Запад опирается на такие ценности, как демократия и права человека, и эти ценности долж­ны направлять политику государств, в том числе республик на Южном Кавказе. Две из них связаны с НАТО посредством программы “Партнерство ради мира”, а Грузия к тому же стремится стать членом Североатлантического альянса.

Внешняя политика в соответствии с принципами ОБСЕ является свободным выбором государств. Другим важным фактором являются Европейский союз и его политика соседства, возможность заклю­чения соглашения об ассоциации.

– Очевидно, что Южный Кавказ входит в зону стратегического интереса Запада в связи с его важным географическим расположением, энергетическими запасами и др. Как бы вы оценили политику ЕС в регионе? 

– Как показали итоги Вильнюсского саммита, отношения между ЕС и странами Южного Кавказа, в ча­стности Азербайджаном, активно развиваются. Другим важным фактором является развитие Трансад­риатического газопровода, который укрепит отношения Азербайджана с Западом и, в частности, с Италией.

– Некоторые считают, что нерешенность до сих пор проблемы Нагорного Карабаха связана с конфликтом взаимоисключающих принципов территориальной целостности и самоопреде­ления народов. Так или иначе, может ли самоопределение быть оправдано, если оно реали­зуется после военной оккупации территории, массовых убийств и этнических чисток? Что вы думаете о перспективе урегулирования карабахской проблемы?

– Оба принципа – самоопределение и территориальная целостность государств – важны, и закон пред­оставляет пути их совмещения. Мы должны быть осторожны в правильном понимании принципа само­определения, который относится к народам, а не к меньшинствам. Самоопределение не может быть использовано для совершения международных преступлений. Карабахский вопрос является вопро­сом меньшинств, а не самоопределения народов.

– Кстати говоря, Италия не понаслышке знакома с проблемой обеспечения прав националь­ных меньшинств. Я имею в виду актуальную некогда проблему германоязычного большин­ства в автономном регионе Южный Тироль (Альто-Адидже) на севере Италии. Модель самоу­правления Южного Тироля, на мой взгляд, является хорошим примером удовлетворения ча­яний национальных меньшинств без нарушения территориальной целостности государства. Может ли эта модель быть применима в случае с Нагорным Карабахом?

– Южный Тироль (Альто-Адидже) является хорошим примером отношения к меньшинствам. Меньшин­ства не могут претендовать на независимость и ставить под угрозу территориальную целостность го­сударств. Модель Южного Тироля была одобрена, хотя и неявно, посредством Копенгагенского засе­дания ОБСЕ по делам национальных меньшинств. Рамочная конвенция по делам национальных меньшинств, разработанная под эгидой Совета Европы, является еще одним инструментом, который следует принять во внимание.

 Между тем у международного сообщества нет единых подходов к решению подобных проблем, что мы в недавнем прошлом видели на примерах Косово, Абхазии, Южной Осе­тии. Не является ли такая практика односторонних признаний независимости отдельных ре­гионов губительной для всей системы международных отношений? 

– Каждый случай имеет свою историю и свой собственный путь урегулирования с участием заинтере­сованных стран. Международное право, принципы ООН и ОБСЕ предоставляют средства и пути для мирного решения всех международных споров. Международное признание является хорошим ин­струментом для выражения поддержки со стороны международного сообщества. Отсутствие призна­ния может являться доказательством того, что данный субъект не является независимым в междуна­родном праве.

РАМОЧНАЯ КОНВЕНЦИЯ ПО ДЕЛАМ НАЦМЕНЬШИНСТВ

Рамочная конвенция Совета Европы была подписана 1 февраля 1995 года и вступила в силу тремя годами позже. Значимость документа в том, что он стал первым юридически обязывающим инструментом, посвященным защите прав меньшинств вообще. Согласно конвенции запрещается любая дискриминация, основанная на принадлежности к национальному меньшинству, и поощряется полное и действительное равенство между лицами, принадлежащими к национальному меньшинству, и лицами, принадлежащими к большинству населения.

РЕШЕНИЕ КОНФЛИКТА В ЮЖНОМ ТИРОЛЕ

Южный Тироль (Alto Adige – ит., Sudtirol – нем.) – немецкоговорящая провинция, расположенная на самом севере Италии. Является частью региона Трентино – Альто-Адидже/Зюдтироль, который также является автономным. Площадь – 7400 кв. км, население – более 500 000 жителей. Столица – Больцано (Боцен).

Большинство жителей говорят на австро-баварском диалекте немецкого языка, около четверти – на итальянском, небольшая часть населения – на ладинском.

На протяжении веков Тироль был яблоком раздора между австрийскими Габсбургами и баварскими Виттельсбахами. В начале XIX века Тироль вошел в состав Австрийской империи, а после первой мировой войны отошел к Италии. Мирный договор 1947 года подтвердил границу Италии с Австрией по состоянию на 1919 год. Немецкоязычному меньшинству Южного Тироля гарантировалось полное равенство прав с италоязычным населением. Был создан автономный регион Трентино – Альто-Адидже/Зюдтироль, в котором Южный Тироль является северной провинцией Больцано (Боцен) (вторая, преимущественно италоговорящая, южная провинция – Трентино). Однако Австрия продолжала заявлять, что немецкоязычное меньшинство подвергается в Италии дискриминации. Италия, в свою очередь, обвиняла Австрию в поддержке пангерманских и пронацистских сил, а также в пособничестве террористам, совершавшим свои акции в Южном Тироле на всем протяжении 1960-х годов. В конце 1969 года Италия и Австрия достигли соглашения, по которому “регион получал права расширенной автономии, возрастало влияние тирольцев на национальную политику в провинции, немецкий язык получал соответствующий статус, признавалось немецкое название территории – Южный Тироль”. Окончательно вопрос Южного Тироля был урегулирован в 1992 году. В 1992 году австрийские власти объявили о прекращении противоречий с Италией по вопросу Южного Тироля. В 2001 году он получил статус отдельной немецкоговорящей провинции, расположенной на севере Италии. Согласно статуту региона Трентино – Альто-Адидже/Зюдтироль, правительство гарантирует сохранность культурных и языковых различий отдельных этнических групп. Также был образован региональный парламент, в который входят 70 выборных депутатов. Парламент обладает не только законодательной властью на региональном уровне, но также избирает президента, двух вице-президентов и министров автономии, при этом в течение срока полномочий избранного парламента пост президента региона попеременно должны занимать представители немецкой и итальянской общин.

Чингиз МАМЕДОВ

 Regionplus.az

17.12.2013 10:15

Написать комментарий:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*